Я не могу встать раньше, чем это совершенно необходимо. Не важно - это в пять или семь. И первые полчаса действую исключительно на автопилоте. И первые два часа со мной лучше не разговаривать. Поэтому творчество, изыски, забавы типа эклеров и утро для меня совершенно несовместимые вещи. Но я запросто могу делать все, что угодно, в час ночи - это для меня самое рабочее время. Раньше оно длилось и до трех, до полчетвертого. Сейчас уже нет. Но совой родишься - совой и умрешь, что бы там ни проповедовали умники, не признающие этих типов.